Опустившись ниже полутора тысяч, мы постепенно начали пересекать границу тропиков, а рюкзаки – превращаться в здоровую припарку. На этой высоте жаркими непальскими веснами белому мистеру лучше передвигаться утром и вечером, а днем – сиеста.

Но чем ближе к финишу, тем быстрее хочется до него дойти, поэтому сиестой пренебрегаешь и топаешь наравне с местными, для которых спуск в течение нескольких дней по крутым тропам до первой дороги, чтоб добраться в город на транспорте, – в порядке вещей.

Нашими спутниками на два дня стала группа непалок, с которыми познакомились благодаря собакам. Началось все с того, что на изгибе тропы нас догнал симпатичнейший щенок, который, несмотря на очень маленький возраст, шустро телепал вниз – ему не надо было прыгать с камня на камень, он просачивался между ними. Самостоятельно идущую тягловую силу в виде осликов либо яков (если повыше) на тропе видеть доводилось, но вот щенок попался впервые.

Одинокий и потому счастливый ослик – идет в своем темпе, и никакой погонщик не запретит ему остановиться пощипать траву

Впрочем, он был не один. Следом с призывными криками выбежала непалка, но догнать щенка была не в состоянии. Поэтому поймали его мы. Запыхавшаяся хозяйка поблагодарила нас, и дальше двинулись вперед уже группой – из-за скалы появились еще несколько девушек с щенками на руках. Щенят несли на продажу в Катманду.

Когда Тибет стал частью Китая, трансгималайская торговля, в общем-то, прекратилась, носильщики-непальцы стали зарабатывать на туристах и альпинистах, занося наверх еду и предметы быта и продавая товары тем, кому повезло больше, – владельцам гестхаузов. Однако наверняка полулегально с Тибетом еще торгуют, и не исключено, что мы стали свидетелями этой ныне редкой торговой цепочки. Щенок, видимо, разновидность тибетского мастифа. Где он родился – по ту или по эту сторону Гималаев, не знаю, но собак этих разводят в Тибете, они очень ценятся в качестве сторожевых, хотя и непонятно, как псы с такой густой шерстью выживают, например, в долине Катманду, где им более-менее комфортно лишь зимой.

Остановились переждать жару в деревне и сели с непалками за общий стол под навесом. Тарелки с едой соседствовали с щенками, которых уже совсем разморило – их время от времени поливали водой и поили прямо из бутылок.

2.

К полудню движение по тропе прекратилось – даже наиболее стойкие ходкие носильщики попрятались от солнца под навесами.
Мы заказали немудреный noodle soup, что было в принципе ошибкой, так как лопать кипяток на жаре – то еще удовольствие: кушать хочется, а суп не остывает в принципе.

Что делать, когда не знаешь языка и поджарился солнцем снаружи и супом изнутри настолько, что сил объясняться с попутчиками жестами нет? Остается смотреть по сторонам, фотографировать, да записывать впечатления дней минувших. Непалки поболтали и заснули, а мы в полудреме поглядывали туда-сюда, но в основном в тень, потому что при взгляде на освещенные солнцем предметы почему-то становилось еще жарче.

3. Емкость для воды. Долго сохраняет воду холодной, вмещает больше ведра. Женщины носят их, ставя край дна на бедро и обхватывая горловину рукой

4. Тяжеленные баллоны. Один ослик поднимает не более двух, становясь при этом мини-бомбой. Газ – хорошее подспорье в гестхаузах наверху, где нет дров, но с учетом подъема такой объем обходится дорого

5. Сюда я долго не решался зайти

6. Карикатура о том, что ходить по-большому надо в отведенных для этого местах. Дети кричат что-то вроде «Эй, засранец, ты загадил наше поле!» Корова же говорит: «Гадить на полях имею право только я»

***

Когда солнце почти ушло из ущелья, и жара подспала, появились по-утреннему тепло одетые дети. В их забавах нашли отражения местные суровые реалии – играли в погонщиков ослов. Мальчик, вооружившись веткой, гнал вперед девочку. В какой-то момент игра ей разонравилась, и она заплакала.

7.

На шум вышла хозяйка дома, под навесом которого мы остановились, с дочкой на руках. Наши спутницы тоже проснулись. Внимание всех было приковано к плачущей девочке, и я исподтишка сфотографировал хозяйку. У нее по-восточному красивое лицо, особое очарование ему придает выражение – такой несколько отрешенный вид у статуй богинь в долине Катманду.

Дочка хозяйки поначалу крутилась вокруг нас с пустым флаконом из-под духов. Флакон еще пах и представлял большую ценность. Поэтому когда девочка его выронила, и он разбился об камень, горю не было границ. Чтобы утешить дочку, мама выдала ей шоколадную конфету, что бывает редко, потому что конфеты, как правило, продаются иностранцам.

8.

9. Вечный вопрос и интерес: чем мальчики отличаются от девочек?

Отдохнув, продавщицы щенят отправились дальше, мы же не торопились – успеем нагнать по тени. Ожидание скрасила драка петухов.
Никто целенаправленно их не стравливал, видимо, сами решили выяснить отношения, зато болельщиков было много – и отдыхавшие носильщики с непомерными грузами, и наш проводник с нашим носильщиком, да и мы сами подтянулись поближе и наблюдали за схваткой, перемещаясь вслед за вошедшими в раж птичками.

10. Сделал, наверное, около 30 снимков, из которых 3-4 более-менее

Фотографировать дерущихся птиц такое же неблагодарное занятие, как ловить в объектив звено истребителей, практикующихся в высшем пилотаже прямо над головой. Впрочем, нет, с самолетами тяжелее. Помнится, на аэродроме в Кубинке сделал несколько сотен фото, из которых приличными получились лишь двадцать.

11. Тут скорости поменьше

Драка длилась минут десять и закончилась внезапно: обалдевшие и немного потрепанные петухи разошлись, причем никто серьезно не пострадал, да и победителя было назвать трудно. Один петух, пожалуй, был поактивнее и все. Впрочем, в подобного вида соревнованиях их бин не силен.

12.

На ночь остановились в деревне, от которой на следующее утро было часа два – два с половиной пути до первой дороги, точнее до того, что здесь называют дорогой…

***

Утро в ожидании автобуса прошло в теплой обстановке. Забившись от этого тепла под навес придорожной забегаловки, с содроганием думали о том, что будет еще теплее. Дорога начиналась в населенном пункте на высоте около 700 метров (это уже тропики), и в пол-одиннадцатого утра мой термометр-альтиметр-барометр, с ночи не видевший солнца, показывал больше 33 градусов. На солнце при полном штиле можно смело было накинуть еще десятку. Какой жара станет к полудню, когда окажемся в перегруженном автобусе, страшно представить.

13. Казалось, марево начинает подниматься уже от моих очков

Торговля в рыгаловке шла бойко: ожидающих автобус много, правда, из интуристов были только мы, но кушать хочется всем, даже на жаре, даже несмотря на легкую антисанитарию. Заказали на двоих тарелку спагетти со специями. В довесок можно было взять мясо, но к несчастью хозяйки сушилось оно тут же, под крышей забегаловки. Висело мясо давно, так же давно его засиживали мухи, покрывала дорожная пыль и автобусные выхлопы. Когда покупаешь сушеное, но запакованное мясо, например, в Катманду, как-то не думаешь, что его наверняка сушат таким же образом. Впрочем, количество перца, которое добавляют в этот пеммикан, полагаю, убьет любую заразу.

14. Макароны, сковорода, на которой их делали, масло в бутылке из-под пива, глиняная мазаная печь и оно – мясо, свисающее с потолка

Ели уже из местной посуды, желудки быстро привыкают к заразе, плюс не забываем про специи! Дожевывать макароны пришлось быстро – по относительно ровному отрезку дороги в деревне бодро пригромыхал автобус.

15. Приехавшие пассажиры расходятся по домам. Кто-то так и доедет до самого порога

16. Хорошо быть малышом )

Высадив пассажиров и скинув их багаж с крыши, водитель принайтовил сумки и кули ожидающих, в том числе наши рюкзаки, а мы, ворвавшись в салон одними из первых, заняли стратегически важную позицию сразу за водительскими креслом. Ибо тут будет тень и, пусть это иллюзия, сидеть будем на дальней стороне от края пропасти – часть пути проходит по-над берегом реки Бури Гандаки, поглотившей не одно транспортное средство.

17. Хозяйка забегаловки, увидев, что клиенты уезжают, расстелила циновку при печке и тут же улеглась отдыхать

18. Из домика напротив созерцала предотъездную суету женщина, ломавшая стереотипы. Бывает не только время разбрасывать и собирать камни. Их еще кто-то должен делать…

Усадка и утрамбовка пассажиров заняла минут двадцать. Все это время мы потели внутри, не желая терять места, а автобус стоял на солнце. К моменту отправления салон превратился в духовку. Наконец тронулись. Со стены забегаловки вслед смотрел католического типа комиксовый Иисус с глазами в цвет плаката, на котором его изобразили.

19. Иисус из Горкхи

За деревней от дороги осталось одно название, и пошла болтанка…

Честно, я никогда не понимал, какую выгоду приносит владельцу local bus. Мало того, что работа у водителя адова, он ежедневно рискует жизнью, а по тем «дорогам», по которым едет автобус, не всегда пройдет и бульдозер. Да и саму машину нагружают более чем под завязку. Плата за проезд мизерная, ремонт, пусть мелкий, необходим едва ли не после каждой поездки.
Своими сомнениями поделился с Раджу, и он ответил, что все верно, поэтому «локал басы» субсидируются властями, частному перевозчику это невыгодно – разорится на запчастях.

20. Впереди – водитель. Слева на его уровне сидит шесть (!) человек (в салоне плотность такая же). Ощущение большого пространства создается за счет широкоугольного объектива. Жара внутри – невероятная

До сих пор, несмотря на неоднократные перемещения на непальских «локал басах», судьба миловала – поломки, если и были, то небольшие, и устранялись за несколько минут, максимум полчаса. По статистике я давно исчерпал лимит безаварийных поездок и потому не сильно удивился, когда автобусное переваливание с боку на бок стало сопровождаться каким-то скрежетом и трением, и запахло паленой резиной. Машина встала. Водитель выбрался посмотреть, что случилось, и по жестам и унылым возгласам, которыми он обменивался с юношей-кондуктором, стало ясно, что возможность оказаться в поселке Аругат (душ, кровать и прочие блага цивилизации впервые за пару недель) отодвинулась в неопределенно далекое будущее.

Пассажиры вышли, часть из них, поняв, что все всерьез и надолго, отправилась пешком к деревне на горизонте, оставшиеся, кому надо было ехать до конца, сели на обочине. Впрочем, это нельзя назвать обочиной: с одной стороны вертикальный склон, с другой невысокий обрыв в реку. Водитель безуспешно пытался по сотовому телефону дозвониться в Аругат, чтобы оттуда подвезли запчасть. Раджу сказал, если дозвониться не получится, водителю придется идти пешком до ближайшей деревни, ловить попутный мотоцикл, ехать до Аругата, найти там нужную деталь, вернуться, устранить неполадку, и мы поедем дальше.

С учетом так называемого Nepali time (найдя деталь, водитель наверняка решит выпить чайку, потрепаться за жизнь с соседом и т.д.), мы были обречены сидеть до вечера. Можно было и пойти пешком, но узнав, что ходу по палящей жаре с рюкзаками несколько часов, решили ждать. Водитель так ни до кого и не дозвонился, и вечер обещал быть томным. Вечно красивые пластиковые цветы, которыми украшен автобус, как бы намекают на то, чем это все кончается.

21. Понимают, в чем поломка, только два человека. Остальные – сочувствуют )

Если правильно понял, полетела подвеска, в результате корпус автобуса просел с одной стороны и начал тереться о переднее колесо. Ребята погалдели-погалдели и утихли, мы же в дебатах участия не принимали, в первую очередь потому, что прятались от солнца в тени, которую давал склон. Близость реки не освежала нисколько. Когда тени удлинились, я перекочевал на противоположный край дороги, набрал камешков и стал кидать их в реку. Вскоре все парни занялись тем же, и как-то быстро началось соревнование: кто сможет перекинуть камень через реку.

Обобщать, конечно, не стоит, но судя по этим ребятам, непальцы бросают камни не так, как принято у нас, что весьма сильно меня удивило. Точно так же они удивились тому, как бросал камни я, еще большее удивление вызвала Ксюша, которая кидала левой рукой. Такое ощущение, что и левшей у непальцев мало.

22. Картина «В ожидании детали». Кривые очки на моем кривом же носу – это нечто

Обычно мы кидаем камень вдаль «через верх», так, что он летит по параболе. В броске участвует толчковая нога, а плечевой пояс докручивает корпус. Непальские «кидальщики» все без исключения делали бросок от бедра, будто желая пустить камень «лягушкой» по воде, чтоб он прыгал. Раскручиванию замаха помогал резкий поворот тела – настолько, что бросающий как бы откидывался корпусом влево. Брошенный таким образом камень летит почти параллельно земле, делая очень маленький параболический изгиб. В результате бросок менее эффективен, достаточно сказать, что половина парней были выше меня, и руки у них длиннее, однако перебросить реку они не смогли. Удалось это сделать мне, водителю, чьи ручищи железные – у «локал басов» нет гидравлического усилителя руля – и еще двум парням с очень уж длинными руками )

Оставшееся время коротали в беседе, большим спросом пользовался монастырский попкорн, которым мы с Ксюшей поделились со всеми.

23. Контакт установлен, парни сами залезали в объектив )

В Аругат приехали под вечер, по пути Раджу рассказал любопытную историю о том, что вскоре на трек вокруг Манаслу и в долину Цум придется добираться вплавь. Я поначалу не поверил, но он прав. В Горкхе непальское правительство собирается строить огромную плотину, и большие участки местности уйдут под воду.

24. Возможно, скоро такую картину можно будет наблюдать с берега большого озера

По возвращении домой полазил по сайтам непальских министерств и ведомств и нашел проект. Ставить плотину будут на реке Бури Гандаки (вдоль нее идет трек Манаслу – долина Цум) недалеко от устья, точнее от места впадения ее в реку Трисули; сооружение будет большое.

Выработка электроэнергии, видимо, годовая – 2500 гигаватт-час, электрическая мощность – 600 мегаватт, высота плотины 225 метров, длина свода 510 метров, верхний бьеф (запруда) – 50 километров. Планируемое время постройки – середина 2016 года – середина 2020 года.

25. Вот так это будет выглядеть примерно

26. А вот местность (голубым), которая уйдет под воду. Красной точкой отмечено примерное местоположение Аругат базара

Если правильно посчитал цифры в проекте, будет затоплена территория почти десяти тысяч домохозяйств в более чем двадцати деревнях и поселках.

***

В Аругате заселились в одну из крутейших гостиниц по местным меркам, правда, с непальским налетом – Manaslu camping resort. Такого жесткого китча я, пожалуй, еще не встречал. Причем видно, в гестхауз вбухали немало денег, а дизайнера приглашали явно американского или европейского.

27. Заборчик

Однако на всем налет легкой заброшенности: белые чехлы на диванах в ресторане не меняли с самого создания гестхауза, отчего они все в пятнах и разводах, проводка свисает отовсюду, откуда можно и нельзя (например, в ванной), пингвины в углах уже давно состарились.

28. Точно дизайнер не местный

Зато на полу что-то вроде мрамора, плитка в ванной положена на века, в целом, европейского пошиба гест с обязательным непальским колоритом.

29.

А во дворе я впервые увидел в Непале «Фольксваген Жук». Кто бы мог подумать, что через полгода доведется увидеть еще одну такую машину, но уже в Катманду, и не только увидеть, но и поездить на ней.

30.

***

Утром следующего дня мы сели в прекрасный, потому что пустой, автобус, который шел от Аругата дальше вниз.

31.

Пустотой наслаждались недолго. Почти сразу в салон набилось столько человек, что мы едва не превратились в консервы. Когда выбрались на асфальт, водитель никому не отказывал в посадке, хотя казалось, никакая сила не впихнет в автобус хотя бы еще одного пассажира. Но непальские «локал басы» действительно резиновые: завидев на повороте группу школьников, водитель решил подвезти и их. Так, весело и с песнями мы добрались до Катманду.

32. Поручень захвачен руками вплоть до потолка

Продолжение следует…

Другие записи из этой поездки:

Запись 1: Из Цума в Гум
Запись 2: На «Иисусе» по бездорожью
Запись 3: Человек-жесть
Запись 4: Уроки истории
Запись 5: Разбитое зеркало
Запись 6: Эллиптическая малина
Запись 7: Неожиданный поворот
Запись 8: Женщины и английский
Запись 9: Где ветер, когда он не дует?
Запись 10: Имеющие деревянные двери
Запись 11: В ожидании автобуса. Эта запись
Запись 12: В поисках черной веры
Запись 13: Кости и жилы тибетской живописи
Запись 14: Выколоченный Будда
Запись 15: Народная резня по дереву
Запись 16: Спящий бог и несвятые святые

2 комментария

  1. Сергей, спасибо вам огромное за столь любопытный и крайне полезный контент. Крайне ценная информация, изложенная прекрасным легким языком. Пишите еще).
    Можно спросить: сколько в среднем (имея в виду все траты) выходили ваши трекинги от начала и до конца? Стоимость? На сайтах российских гидов инфа разниться принципиально на одних и тех же маршрутах. Благодарю.

    • Яна, спасибо за отзыв! Пишу еще, потому что материала очень много. К сожалению, времени не всегда хватает.

      В среднем сказать невозможно — слишком разнятся цены. Это зависит от района, его удаленности и труднодоступности, это зависит от высоты (на стандартных треках, например, вокруг Аннапурны чем выше, тем дороже еда), а также от конкретных особенностей района. Например, в долину Цум Вы обязаны взять проводника и получить специальный временный пермит (разрешение) — это требование правительства Непала, иначе Вас просто в район не пустят. Проводника, разумеется, оплачиваете Вы + пермит район Манаслу + спецпермит в район долины Цум (это приграничная территория).

      Чтобы более-менее прикинуть стоимость, можно посмотреть отчеты тех, кто уже там был, и написать в несколько непальских фирм с вопросом «сколько стоит трек там-то там-то». Так проведете сравнительный анализ и получите примерную цену.

Оставьте комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *