Путешествовать по стране с другой совершенно культурой, сильно отличной от твоей собственной, большая работа – глаз видит куда больше, чем понимает разум, и это несоответствие, особенно если мозг пытливый и глаз наблюдательный, довольно болезненно.

«Все по-другому» – так можно охарактеризовать Непал в двух словах. Другая история, другая местность, другая культура, другая мифология. Верно, но почему это так впечатляет, что в себя прийти не можешь? Потому что начинают колебаться самые основы, на которых строится европейское мировоззрение. А как объяснить это?

Помогают случайности – готовясь к рассказу про Непал, я сортировал фотографии по темам и попал впросак: какие отнести к религии, а какие к искусству. Как оказалось, уместно было бы объединить их в один раздел. Так почему бы не посмотреть именно с этой стороны…

1.

Мы привыкли к тому, что церковное искусство часто отделено от светского. Кроме того, христиане и мусульмане воспитаны в ключе монотеизма, и даже далекие от религии люди, например европейцы-атеисты, все равно знают, что бог один, а пространство поделено на небо, землю и преисподнюю. Схема прочно сидит в головах, воспринимается как данность, и никто не задумывается. Есть, правда, Древняя Греция, там и на горе кто-то сидел, и в море, и из пены рождался, но это проходили в школе, и потому не страшно, вошло в привычку.

В индуизме, как говорят, 33 миллиона богов, в тибетском буддизме их тоже далеко не одна тысяча, и все это перевоплощается, видоизменяется, а сплав религий – буддизм и индуизм мирно уживаются на территории Непала – порождает еще гибридных божеств. И поиск взглядом знакомых схем, например троицы, дает сбой – в троице могут оказаться божества разных религий, да и не только божества…

2.

3. Снято исподтишка. У игрушки взгляд впервые попавшего в Непал туриста

Если гулять по Праге, Вене или Москве и разглядывать архитектурные памятники, барельефы, картины, то как бы красивы и сложны они ни были, какие бы «синдромы Флоренции» ни вызывали, это искусство в рамках общеевропейской культуры, которое знакомо и понятно на подсознательном уровне – каноны не сильно отличаются. То же справедливо для ислама. Одним словом, точно знаешь, что за углом не встретится писающий мальчик, у которого вместо человеческой головы слоновья.

Приезд в другую страну означает новые впечатления, но воспитан-то на манной каше! Или ладно: пусть будет по-другому, но в разумных количествах. А в Катманду ощущение, будто вокруг цирк и кунсткамера; ежедневное цирковое представление, только выйди на улицу. Даже на речь Непал влияет – глядя на проявления политеизма, бормочешь не «господи, помоги!», но «господа, помогите!».

4. Тимпан над одним из второстепенных входов в храм. Резьба по дереву

5. Он же. Общий план

Обилие голов, рук и ног, атрибутов поразительно, но больше всего поражает то, что это не больная фантазия, как может показаться на первый взгляд, а довольно строгая и сложная система.

Миллионы богов нуждаются в почитании, следовательно, в изображении, потому-то не сорок сороков, а через каждые 30-50 метров на улицах Катманду религиозные сооружения. Иногда они стоят настолько плотно, что не пройдешь, надо искать обходные пути. Судя по густоте религиозной составляющей на метр площади, в Непале невозможно родиться атеистом. Да и не стоит.

6. Чайтьи в Сваямбунатхе

7. Алтарь Ганеша на одной из улиц Катманду

При взгляде на скульптуру с нормальным количеством голов и конечностей возникает спасительная мысль, что это памятник, и вновь понимаешь, что ошибся. Непальские памятники в честь кого-либо почти незаметны – они маленькие, словно все материалы и силы ушли на отображение религиозных мотивов. Памятники, как правило, бюсты королей.

8. Будда. Один из внутренних двориков в Катманду

За шумом и толчеей большого города обилие святилищ не так бросается в глаза – людей много, плюс современная застройка и реклама. Изобилие последней, особенно в туристических местах, дает отдохнуть, задержавшись взглядом на чем-то знакомом.

9.

Но как только вечереет, магазины закрываются и люди уходят, все 10 миллионов богов долины Катманду проступают со стен, угрожающе, насмешливо или невозмутимо смотрят от ворот храмов, с барельефов, колонн. Тут архитектура неотделима от скульптуры, а религия – от искусства. Глаза и лица есть у внутренних частей крыш пагод, и даже торцы несущих бревен скалятся хищными мордами. Отовсюду смотрит ожившая мифология, а изощренность формы такая, что непонятно, в какой момент она становится содержанием, какой уж тут «синдром Флоренции»!

10. Фас

11. Профиль. Тимпан во дворце богини Кумари. Резьба по дереву

12. Не знаю кто это. Литье. Патан

В этом городе богов и духов в разы больше, чем жителей, и когда оказываешься с ними один на один в темной улице, то понимаешь, что проиграл по всем статьям: назад дороги не помнишь, что хотят от тебя божества, неясно, но игнорировать их получается. И вновь – «господа, помогите!».

13.

14.

15.

16.

Можно бегать туда-сюда, редкие встречные прохожие будут шарахаться в сторону или предлагать марихуану. А на лице бедолаги-туриста эмоций как у маски: большие чайные уши, редкие зубы и насильно отогнутый изо рта язык – сразу видно, третий глаз прорезается :)

17.

Но это так, шутка. Если же проводить параллели, то еще классики замечали, что политеизм синонимичен демократии. Действительно, крест не оставляет поля для фантазии, как ни поверни; исламский полумесяц более романтичен, тут и бровь красавицы, и жаркие ночи, но где-то рядом скороговоркой всплывает чалма-хиджаб-паранджа, и метафизика разом улетучивается.

А вот у индуистской свастики на концах есть ростки вольнодумства. К тому же она еще и оборотной может быть – здравствуй, добуддистская религия бон. Махабхарата по объему в разы больше Библии с Кораном. Мне ситуация свободы выбора тоже импонирует, однако речь, конечно, не идет о сравнении – то хуже, а это лучше, и не стоит впадать в эзотерику, за коей в Индию, Непал и Тибет приезжают многие.

18. Лев. Угловой фрагмент чайтьи

Духовная эмиграция, навеянная модой либо обусловленная нежеланием работать над собой, ничуть не лучше эмиграции физической и так же часто не приносит удовлетворения, а лишь разочарование, результат которого – охаивание родных пенатов. В итоге люди теряют старое и не находят нового и превращаются в тени в раю, причем рай этот приходится сдабривать, дабы было слаще, разными приправами вплоть до марихуаны. Эмоциональные и прочие внутренние пустоты не заполнить, сменив место обитания или веру.

19. Древняя плита с письменами. Хорошо видны сколы на камне

Если же быть путешественником, то… Иностранный язык имеет смысл учить хотя бы для того, чтобы понимать, как со стороны слышится твой родной. Однажды как-то довелось довольно долго общаться на английском, и когда услышал русскую речь, не смог сразу переключиться – некоторое время слушал русский как иностранный. Наш язык красивый, оказывается.
Непал дает возможность посмотреть в том числе и на монотеизм (читай – христианство), обычаи и историческую парадигму в целом извне. Меняется точка зрения, и это очень ценно.

20. Вставка в кирпичной стене индуистского храма. Резьба по дереву

Но вернемся к божествам. В поисках спасения от обилия странных образов…

Здесь стоит оговориться: образы странные, но все же не абсолютно чуждые, их словно узнаешь через пелену, как будто что-то давно забытое, но хорошо знакомое. Быть может, потому, что политеизм, а также драконы, змеи и прочие анимистские вещи представляют собой гораздо более древний пласт человеческого бессознательного, чем те образы, которые предлагают монотеистические религии, которые, разумеется, базируются на верованиях и мифах, господствовавших до них.

Да, так вот в поисках спасения от обилия странных образов – ключевым здесь является слово «обилие» – переходишь от них к людям – людям, которые до сих пор живут с мифологическим сознанием, что логично в теистическом государстве. Впрочем, сие никак не сказывается на населении юга Непала, где образ жизни можно кратко охарактеризовать одним словом «базар». Ближе к горам он уже идет с приставкой Намче, что отдает тибетскими пространствами, большими горами и, следовательно, большим спокойствием – видимо, возможность созерцать приводит к тому, что тибетские народности не так любят торговаться.

21. Ураганный ветер поднимает «снежный флаг» на вершине семитысячника Нилгири

22. Полуразрушенный заброшенный буддистский чортен в Муктинатхе

23. Современная скульптура Будды в Сваямбунатхе. Интересно, что вместо ланей слоны

24. Буддистская молитва творится в любое время в любом месте. Молитвенные барабаны в Сваямбунатхе

В долине приходится помнить о том, что восточный разрез глаз часто свидетельствует не столько о мудрости, сколько о хитрости, и потому лучше быть настороже. Торг уместен почти везде, но это утомляет, хотя и сохраняет полновесность кошелька.

25. Один из фрагментов оклада окна во дворце богини Кумари. Резьба по дереву

В конце концов смесь древней патриархальности с современным потребительством и архитектурно-религиозная избыточность выматывают, и нужно убежище.
– Мистер, могу вам предложить дешевый номер, но там нет окна. Вернее есть, но оно не работает.
– Давайте ключи.
Наконец-то глазу есть на чем отдохнуть. Знакомые предметы – кровать, дверь, унитаз… И пусть по стенам бегают тараканы с мизинец, главное, отдыхаешь от звуков и видов снаружи – окно действительно не работает.

26.

Сюда раз за разом возвращаешься вечером, словно с поля битвы в крепость. Сидя, пардон, на толчке, перевариваешь впечатления минувшего дня. Потом подсчитываешь убыль, глядя на купленные диски с тибетским горловым пением, пашмину, кукри и прочие вещи с диковинными названиями. Отдых явно заслуженный, стоит что-нибудь схомячить, чтобы успокоить нервы. Однако Непал предлагает «синдром Флоренции» во всем, в том числе в еде.

27. Засушенные ломтики манго в перце и соли. Продирает до слез

Насчет названий, кстати, местные слова приятные – с индийской составляющей вкусно звучат и хорошо заполняют рот: Кришна-мандир, шикхара, далбат, Нараян. Тибетские же слова, что на слуху, легки, просты и быстро запоминаются: гомпа, ступа, цзампа, Будда.

Покончив со всеми делами, топаешь спать. Ночь, отделенная от обилия впечатлений улицы кирпичной стеной, кажется пустой, но покоя не будет – снятся диковинные сны, предвестники нового необычного дня.

28. Не удалось опознать, кто это. Фрагмент деревянного оклада окна во дворце богини Кумари

29. Там же. По всей видимости, злой дух-охранитель

30. Почти мультяшные фигурки размером с палец. Глина и металл. Найдено в одной из лавок в Патане

Через некоторое время начинаешь немного понимать менталитет, удается даже кое-где читать между строк.

На вопрос в забегаловке «что вы хотите заказать?» отвечаешь: «свежий салат, жареное мясо, картофель и горячий хлеб с сыром» и подвоха не ждешь, хотя у официанта вид всегда настолько тревожный, будто он все понял неправильно. Первым на столе оказывается салат – монетно нарезанные помидоры, огурцы, редис и морковь. Последняя вроде ни к селу, ни к городу, но сомнения быстро отходят на второй план – салат адски посыпан перцем. Далее выясняется, что мяса в забегаловке сейчас нет, не очень с ним хорошо обстоят дела – в городе много некачественного мяса, можно отравиться – официант горестно качает головой.

31. Деревянные барельефы на стенах храма в Патане

32. Там, где деревянный барельеф освещает солнце, он быстрее стирается

33.

На нормальном языке это означает, что повару лень поутру сбегать в соседнюю лавку. Выбор сводится к имеющейся в наличии курятине, и тут же на заднем дворе раздается громкое кудахтанье, прерываемое навсегда тупым «тюк». Радостно улыбающийся официант дефилирует на кухню, сжимая что-то подмышкой с поникшими лапками.

На подрумяненном хлебе вместо расплавленного сыра растекшееся масло.
– Простите, но я просил хлеб с сыром.
Тревога на лице официанта не поддается описанию.
– Да, но это масло.
– Ну что ж, пусть будет масло, – говорю я. За сыром повару тоже было сбегать лень.

Nepali service… Nepali time… Nepali life… К ним надо привыкнуть.

34. Потолочная балка в виде небольшой арки. Даже здесь можно обнаружить живность

35. Оформление колонны. Резьба по дереву. Патан.

36. Собственно сами колонны. На заднем фоне стоит полицейский

Мифологическое сознание царит повсюду, и лучше бы так продолжалось – грустно смотреть на перекинутое по-европейски белое полотенце через руку официанта (это в особо шиковых заведениях), который подает стакан, держа его пальцами не у основания, а за внутренние края с протокольной физиономией. Последнее – ибо так научили.

37. Все фигурки разные, как и сами непальцы

Чтобы излечиться от когнитивного диссонанса, идешь в лавку, где делают сок, и просишь показать процесс. Здесь все по-старому: соковыжималка – нечто среднее между мясорубкой и вконец изношенным дизельным двигателем, причем агрегат явно в какой-то отработке и не мылся с начала эксплуатации. Фрукты закладываются грязными руками, но подают стаканчик с таким искренним радушием, что, принимаешь его, зная, что проблем с желудком не будет. И действительно, и сок вкусный, и без последствий.

38. Жилища простых непальцев вдали от городов очень просты и без изысков. На первом этаже держат скотину либо магазин, второй – жилой, на крыше сушат сено или еще какую культуру

Впрочем, туризм все быстрее заставляет непальцев обучаться историческому сознанию, в котором важно не умение делать, сиречь ремесло, но умение приспособиться, то бишь бизнес.
– Почем у вас эта футболка с Ганешем?
– Пятьсот рупий, но тебе отдам бесплатно, если одну вещь сделаешь, – лицо у продавца лукавое.
– Какую?
– Через две лавки отсюда тоже продают футболки. На одной из них красивый рисунок, у меня такого нет. Хозяин той лавки меня знает и рисунок никогда не покажет. А мне нужен образец. Ты турист – тебе продаст. Купи футболку и принеси мне, я отдам деньги, и футболку, которую выбрал у меня, заберешь в подарок.
– Давай так. Чтобы никому обидно не было, я у тебя сейчас покупаю эту футболку за 300 рупий, а ты, если все пройдет удачно, вернешь деньги за нее и за трофей.
– По рукам!

Забираю футболку, надеваю – стилизованный Ганеш смотрится замечательно. Отправляюсь в соседнюю лавку, чувствуя себя троянским конем. Но бизнес уже пустил корни глубоко в столице, каждый бережет свое ноу-хау. Когда интересуюсь стоимостью заветной футболки, продавец переводит пытливый взгляд на мою грудь и спрашивает:
– Сколько ты ему за этого Ганеша заплатил?
Все всё поняли. Смотрю для проформы еще несколько футболок и ретируюсь. Мой нечаянный работодатель видя, что вернулся ни с чем, понимающе усмехается. На этом мы с ним прощаемся, но еще два дня – до моего отъезда – он будет приветственно кивать всякий раз, как прохожу мимо с Ганешем на груди.

39. Шива, обнимающий свою жену Парвати. Фрагмент. Каменная скульптура, предположительно, IV-V веков, Патан

Чтобы не так шарахаться от обилия богов, стоит пытаться узнать хотя бы некоторые мифы и сказания. Индийские Веды, Упанишады, Махабхарату и Пураны в голову просто так не втиснешь, равно как туда вряд ли улягутся буддистские Канджур, Танджур и поэма о Гесэре – эти и другие эпосы и религиозные книги необходимо изучать годами, если не десятилетиями. Однако даже небольшие знания дают возможность заглядывать под крыши пагод, словно под юбки, с любопытством.

40. Старый королевский дворец. Дурбар-сквер, Катманду

Впервые в детстве услышанное имя бога Вишну – главного бога Непала – натолкнуло на предположение, что это недостающий персонаж из рассказа про Чипполино – кто-то из родственников графинь Вишен. Позднее думалось, что у Вишну обязательно должен быть брат Черешну с более массивным профилем и апоплексическим цветом лица. Но в реальности все по-другому.

41. Бог Вишну с булавой и чакрой. Литье – бронза или медь

Впрочем, валить все в одну кучу не стоит. Более подробно про архитектуру и мифологию попытаюсь рассказать в следующей записи…

***

Интересно было бы понять, что обусловило столь высокое мастерство непальских мастеров, которые достигли небывалых высот в литье…

42. Богиня Ганга. Является часто стражем у входа в храм.

…резьбе по дереву…

43. Окна жилого дома

44. Не смог идентифицировать, к сожалению

…резьбе по камню и скульптуре…

45. Каменные львы при входе в Кришна-мандир, Патан

46. Ксюша смотрит на коленопреклоненного Гаруду на каменном барельефе одного из храмов Патана

… и архитектуре. Ведь даже пагоды, судя по всему, придумали именно непальцы – непальский архитектор Арнико, историческая личность, в незапамятные времена был приглашен в Китай, где строил эти самые пагоды и так понравился своими творениями китайцам, что был оставлен в Поднебесной до самой смерти.

47. Дворцовая площадь Патана

Все это великолепие собрано на совершенно крохотном пятаке Земли под названием Непал, где даже в период раздробленности отдельные княжества-государства находились в 10-30 километрах друг от друга, как, например, Катманду, Патан и Бхактапур.

Но как водится, в бочке меда есть и деготь… Ложек дегтя две.

Первая
Непальское искусство, к счастью, не выродилось пока в эклектику – безумную мешанину, где все перемешано со всем без всякого смысла. Однако вскоре могут произойти перемены. Глобализация и туризм служат угасанию подлинного мастерства. Ибо мастер всегда делает уникальную вещь, вкладывая в нее душу и затрачивая много времени.

Когда же очевидно, что в очередь выстроилась толпа туристов, жаждущих купить экзотики, искусство забывается, остается просто ремесло – нужно сделать как можно больше вещей на продажу, на потребу. Такое зашибание деньги ведет к унификации: есть лекала, работай по ним да побыстрее. В итоге отсутствуют стимулы к творчеству, новые идеи не нужны, фольклор перестает развиваться. Сначала останавливается искусство, затем начинается вырождение культуры.

Вторая
У одного из философов было найдено замечательное сравнение маоизма с современной эзотерикой. На первый взгляд, неожиданное, однако совершенно правильное. Действительно, и там, и там за дело берутся невежды, нахватавшиеся по верхам и имеющие жажду самовыражения. И там, и там «гуру» претендуют на истину в последней инстанции. И там, и там существует ряд простых якобы истин, легко усваиваемых последователями. И там, и там страдает культура и религия…

Дело в том, что ищущие что-то новомодное, крутое, «торчковое», эксклюзивное в области духа товарищи начинают смешивать медитационные техники, фрагменты учений, куски мифов в дурно пахнущий коктейль. Когда это ограничивается пределами одной личности, то есть «гуру для себя», то в крайнем случае это повод для сумасшедшего дома.

Однако существуют падкие на экзотику люди, не имеющие сил или не желающие думать, ищущие руководителя. Это потенциальные адепты. Такие люди часто попадаются на крючок, и тогда «гуру» обрастает почитателями, и возникают секты. Аум Синрикё, Рерихи, Гурджиев и прочие кастанеды. Разумеется, можно сказать, что то же христианство когда-то было сектой, однако тут есть разница.

Миф и религия никогда не создаются одним человеком, их главные отличия это коллективный труд и долгие годы трансформации, прежде чем они выкристаллизуются в нечто незыблемое. Один человек не может выдумать миф, если и будет пробовать, то получится неубедительно. Горе-сектанты «Гуру»-сектанты как раз и занимаются изобретением мифа. Единственное, что у них получается толково, – фанатичная вера в собственную непогрешимость, которой компенсируется страшное невежество и любые нестыковки теории.

Когда такой «гуру» волею судеб получает власть, или когда психологическая или политическая обстановка способствует колоссальному приращению адептами, возникает идеология. Это когда факты подгоняются под теорию, несогласные уничтожаются, а несовместимость теории с жизнью становится невидимой за счет опять же фанатичной веры в идею. Люди теряют контакт с реальностью, глядя в «светлое будущее». «Три года работы – десять тысяч лет счастья» – один из лозунгов маоизма. «Рай здесь и сейчас» – лозунг «гуру».

Как правило, все «старые» религии, искусство и культура в лучшем случае предаются забвению, в худшем уничтожаются под корень. Когда это происходит в единичном случае (те самые гуру), то бог с ним – каждый сходит с ума по-своему, лишь бы жить не мешал другим. А в случае противопоставления непальской культуры и маоизма стоит помнить о горячечном энтузиазме и о том, что «есть у революции начало, нет у революции конца».

Однако:

Только то и тревожит,
Что грядущий режим
Не испытан, не прожит,
Но умом постижим.

Временные отрезки существования идеологии в сравнении с религией показывают, что первые нежизнеспособны: что такое десятки лет фашизма, коммунизма против тысяч лет религий? Про ереси, придуманные одиночками, и говорить не стоит. Однако созданное тысячелетиями можно разрушить за год, поэтому большой вопрос, что будет дальше с непальским искусством, покуда жив маоизм с непальским лицом.

Оглавление записей из этой поездки:
Запись 1. Съездил я тут на Украину…
Запись 2. Гитлеру такое и не снилось
Запись 3. Крыша мира и его же задница
Запись 4. Когда и откуда начинается путь к Эвересту
Запись 5. Поход сквозь облака
Запись 6. Болезнь
Запись 7. Родина дороже небесного царства
Запись 8. Богиня бирюзы
Запись 9. Четыре восьмитысячника разом
Запись 10. Пешком через страну снежного человека
Запись 11. От небесного явления доской не загородишься
Запись 12. Молитва по Брайлю
Запись 13. Завтрак с видом на…
Запись 14. Дайте огня или смерть с открытым ртом
Запись 15. Взгляд на людей со стороны
Запись 16. Неизвестная война на Крыше мира
Запись 17. Катманду – взгляд на город
Запись 18. Когда форма переходит в содержание. Эта запись
Запись 19. Когда боги не у дел

Оставьте комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *