Это не дом в глухой деревне где-нибудь на Севере. Это Тверская область. Фото сделано с шоссе. Дом продается, о чем свидетельствует табличка. Когда увидели, то сначала засмеялись, а потом почему-то стало грустно. Вспомнилось, как один знакомый купил во Владимирской области дом в два этажа, участок 20 соток, баню. Все – за 10 тысяч рублей, причем сказали, можно не покупать, можно просто вселиться, все равно хозяева уже не приедут.

Население планеты аккумулируется в городах, и вскоре, видимо, Земля будет выглядеть из космоса как гладкий бильярдный шар с прыщами мегаполисов то тут, то там. А в большом городе – корень обязывает – все большое: мегагрязь, мегатолпы, мегацены, мегатеснота и наконец мегаодиночество. Единственное, чего нет здесь, – мегапустоты и мегазаброшенности, но для этого уже сейчас достаточно просто выехать за город…

Поездка, как и предыдущая, была в район деревни Семендяево, была в район деревни Семендяево, но на этот раз хотелось поподробнее остановиться на заброшенных домах, фермах и т.д. Это почему-то интересно. Это современные развалины. Это почти оксюморон – современные развалины.

Мегаполис уродует не только собственный внутренний мир (какофония вместо музыки, тарабарщина вместо песен, граффити и мазня вместо живописи…), но еще и мир снаружи себя – он оставляет развалины. Не те развалины, которые остались, потому что их пытались сохранить (египетские пирамиды, например), а те, что остались, потому что все бросили.

Одной из основ традиций, обрядов, песен, то есть, в общем-то, почвы, на чем вырастает культура народа, является фольклор. Большая часть его всегда «приходила» из деревни. Сейчас все исследователи отмечают, что в большинстве языков, не только в русском, фольклор перестал развиваться вообще.

Это не исправишь никакими нацпроектами. Мало кто захочет жить в деревне, вставать в пять утра, иметь удобства во дворе, набирать воду в колодце и мыться в тазу, когда можно принять горячий душ, купить полуфабрикат в ларьке и приготовить его в микроволновке. Это очевидно. Жизнь сосредотачивается в мегаполисах и вдоль веток газо- и нефтепроводов. И такое благополучие надо еще защищать от посягательств других стран. Посему возникает уверенность, что, пройдя наконец через развалины к свету в конце туннеля, увидишь не солнце, а атомный взрыв…

***

Напрокат на этот раз взяли «Ниву», чтобы не застревать в грязи, снегу и пр. Сразу скажу, «Нива» не помогла. Во-первых, она жутко шумная – более 100 км/ч ехать невозможно по дороге – голова от гула отваливается, во-вторых, два сумасшедших, которым только подавай идеи, в какое болото влезть, именно на «Ниве» застряли так, что…

Но обо всем по порядку.

***

Состав ездунов (ездюков? ездецов?) был самым оптимальным: olegario и ваш покорный… «Нива» была белая и красивая (после поездки – грязная и побитая). Ездой на пониженных передачах овладевали по ходу, оказалось, ничего сложного. Поначалу мы были довольны машиной: всякие выбоины на дороге она вообще не замечала, спуски подъемы и канавы на пониженной передаче проходила на ура. Помогал в поездке лично Г.Зюганов.

2.

Первая большая остановка состоялась за Сергиевым Посадом в селе Парфеново у развалин храма Богоявления. Пишу «развалин», потому что, несмотря на табличку, где говорится, что храм восстанавливается аж с 1998 года, выглядит он вот так:

3.

4. Подходы навели на мысль, что пора с ботинок переходить на валенки…

Позднее пришлось сильно утвердиться в этой мысли, но пока снег в ботинки только набирался.

Единственное новое в храме за десять лет – крест, облицовка купола и местами свежие кирпичи. Остальное — вот так.

5.

Вообще у церкви (имею в виду всю православную церковь) странное получается возрождение. Вроде пошла отмашка после 70 лет состояния тише воды ниже травы – и деньги жертвуют и возрождают что-то, и даже власть демонстративно крестится… Только отмашка получается с русским размахом: если Ильич загонял народ в коммунистический рай дубиной, то сейчас чуть ли не этой дубиной насаждают православие.

Это было предсказано еще в 1986 году:

Входит некто православный, говорит: «Теперь я – главный.
У меня в душе Жар-птица и тоска по государю.
Скоро Игорь возвратится насладиться Ярославной.
Дайте мне перекреститься, а не то – в лицо ударю.
Хуже порчи и лишая мыслей западных зараза.
Пой, гармошка, заглушая саксофон – исчадье джаза».

Собственно, наложение проблем современной церкви на проблемы современного мегаполиса (уже пора начать писать мегаЛОполис), вернее их сочетание заставило вспомнить вот это:

Успех различных сект и псевдоцерквей есть следствие дефицита общения, отсутствия взаимной доброжелательности и, разумеется, слабости и архаичности традиционных церквей, превращающих богослужение в выполнение серии ритуалов, сформировавшихся еще в те времена, когда люди жили в деревнях. И не отвечающих современным потребностям горожанина, особенно жителей мегаполисов.

На мой взгляд, пусть уж лучше это здание остается в развалинах, по крайней мере, варварство сие можно списать на большевиков и смотреть на церковь с теми же ощущениями, что и на египетские пирамиды.

***

Вскоре попались и остатки колхоза. Куда, кстати сказать, приехали уже не совсем сухими, так как я, пытаясь сфотографировать красивого цвета лужу, погрузился в нее по щиколотку. К счастью, печка в машине работала неплохо, так что при осмотре колхоза в ботинке не булькало, лишь слегка похлюпывало.

В отличие от коровника из прошлой поездки это свинарник. Ряды полуметровых железобетонных плит с полукруглыми выемками, чтобы свиньи могли есть из кормушек, напоминали умывальники в парикмахерских.

6. «Простите, а часовню тоже я развалил?»

7. Взгляд внутрь

Свинарник заброшен давно, не осталось ни запаха, ни следов пребывания. Почему-то хочется верить, что это не люди бросили здесь все, а сами свиньи, не выдержав ежедневное засовывание голов в плахи кормушек, пробили выход и умчались на вольные хлеба.

8.

Неизвестно, кто разбивал стены, но делали это художественно, с красивыми закруглениями. Видимо, даже в разрушении должна быть своя эстетика.

9.

Хотя и в этот раз мы никого не встретили, чувство тотального запустения…

10.

…вместе с налетом Освенцима…

11.

…привели к мысли, что в следующую поездку стоит взять оружие – хотя бы пневматическое. Потому как до жилья далеко, и кричи – не кричи в случае чего, никто не услышит.

12.

***

Главным недостатком «Нивы», помимо шума, была всесезонная резина, которая просто никак не держала на льду. Мы убедились в этом, решив съехать на какой-то придаток к шоссе. Было интересно, куда ведет дорога, тем более что по ней вообще не ездили почти.

13.

В незапамятные времена дорогу расчистил бульдозер, и под тонким слоем снега был настолько гладкий лед, что при попытке затормозить машину занесло сразу и целиком. Так мы несколько раз ехали боком.

Дорога привела в пустую деревню и на этом закончилась. Бульдозер на выезде сформировал большой снежный бруствер, через который можно только пешком в поле по колено в снегу. Этого мы делать не стали. На бруствере можно лечь почитать газетку, да и то холодно…

14.

На обратном пути к шоссе произошла первая авария. Мы заговорили о поэзии Пушкина, забыли про лед, и на повороте, несмотря на отчаянные попытки затормозить, со словами, начисто отрицающими языковой наш пуризм, въехали в сугроб. К счастью, скорость была небольшая, так что «Нива» выбралась без вспомогательных средств. Эти обстоятельства уже стоило если не обмыть, то хотя бы закусить. Здесь тоже помог Г.Зюганов.

15. А ничо рогалик-то!

Беда не приходит одна. По мере продвижения вглубь области вокруг становилось все пустее и пустее, поэтому очередная большая заброшка был встречена с радостью. В стороне от дороги увидели очень подозрительную заправку, а за ней несколько амбаров. Бензоколонка действительно была странной – я бы не рискнул заправлять здесь машину ни за какие коврижки, потому что непонятно, кому платить за топливо, – людей нет.

Почти доехав до амбаров, мы наконец-то застряли. Причем так, что чем больше трепыхались, тем сильнее вязли. Когда колеса ушли в снег больше чем наполовину и начали пробуксовывать по земле, стало понятно, что это надолго, если не навсегда. Сначала пытались выбраться с шутками и прибаутками, потом стали искать, что подложить под колеса. Олег стал обламывать сучья у лежавших неподалеку спиленных сосен, а я выдергивал руками гвозди из вытащенных из-под приамбарного снега досок. Ни доски, ни сучья, ни откапывание вручную колес не помогали – лицо Олега за рулем становилось все печальнее, а я тихо покрывался грязью с головы до ног, когда, пытаясь вытолкнуть «Ниву», попадал под очередной фонтан из-под колес.

Время шло, начало пахнуть паленой резиной, «Нива» села почти по брюхо. Но хорошим людям (а мы – хорошие люди) всегда улыбнется удача :) У бензоколонки внезапно появился военный ГАЗ-66. Солдаты заметили нас, подъехали, и ГАЗ вытащил «Ниву» легко, как пустую консервную банку. Выдав ребятам триста рублей на курево и пиво, мы радостно принялись оттирать мою куртку снегом, так что по окончании процедуры я мог даже показаться на людях, хотя в ресторан или театр попал бы вряд ли.

Амбары осматривать уже не хотелось, потому что было далеко за полдень, а мы даже до Калязина не добрались.

Следующая остановка была сразу за мостом через речку Нерль.

16.

Оставив машину, полезли под мост посмотреть, что там. Помимо разных сугубо личных причин для походов по сомнительным местам и всяким болотам, мы с Олегом, видимо, не наигрались в детстве в клады, соловьи-разбойники и пр. Я задал ему этот вопрос, когда карабкались под мост. Он ответил, что это очевидно и даже говорить об этом не стоит.

17.

Под мостом мы уже явно были не первые. Удивительно желание людей всегда оставить по себе воспоминание. Ведь надо брать краску, кисть…

18.

Здесь довольно уютно – можно спрятаться от снега с дождем и ветра…

19.

…да и сугробов нет, чего не скажешь о поле, по которому возвращались к машине. Когда шли назад, я начал задумываться о том, что неплохо купить сапоги, потому как хлюпанье в ботинках надоело, да и холодно, а в машине ноги не высыхают – мы постоянно находим какой-нибудь ru_abandon. Мысль про сапоги озвучил Олег, но только громко и местами непечатно, так как провалился по пояс в прикрытую снегом канаву.

20.

21. Если так дело пойдет дальше, то придется ставить памятник безвременно ушедшим

По пути в Калязин встретилось еще несколько заброшенных амбаров, пожалуй, самых жутких за все поездки. Жутких не потому, что они где-то на отшибе и никто сюда больше не придет, а как раз потому, что они рядом с деревней и никому вообще не нужны, что странно, ведь русский народ прет все, что плохо лежит.

22.

Здесь впервые пахло – в амбарах когда-то хранилось зерно, и оно все еще не сгнило, шуршало под ногами. Кое-где ноги увязали по щиколотку. Очень странные ощущения – этот деревенский запах всегда сопутствует радостной картине – поле, полные закрома, сытые домашние животные, довольство… Но только не это:

23.

В коровнике, или, быть может, это стойла для лошадей, было все так же: запах, пол покрыт желтого цвета зерном (овес?), сухо, тепло, уютно, несмотря на покинутость.

24.

25. Наружу выглядывать не хочется

За амбарами поле, поросшее борщевиками, такими же пустыми внутри, как и рассыпающиеся строения. Олегу тут позвонил представитель кубинского посла в России на предмет пресс-конференции, кажется. Уж не знаешь, что делать – плакать или смеяться, когда слышишь испанскую речь, стоя под снегом с дождем.

Следующее фото сделано неслучайно. Выцеливал долго :) Можно было оставить кучу едких комментариев на предмет секса в одиночестве, но Олег просил этого не делать. Поэтому комментарий только один – он говорит по телефону, а не то, что вы, быть может, подумали :)

26.

Жилые здания и производственные помещения, предназначенные для людей, тоже в забросе. И тоже, что странно, не разворованы.

27.

28.

29. Цветочек к 8 марта

Едва ли не под вечер наконец-то доехали до Калязина. Физические упражнения по выталкиванию машины способствовали аппетиту, пришлось пощипать по лавкам. После обеда заглянули в магазин под названием «Резинотехнические изделия» и купили резиновые сапоги с шерстяными чулками. Какое же это счастье – попасть ногами в сухую обувь! Длилось оно, правда, недолго…

Когда приехали в Семендяево, опять пошел дождь. Но было уже все равно. Чтобы не намокал объектив, снимки крупным планом делались из машины с опущенным стеклом.

30. Какие-то сволочи разбили постамент памятника на братской могиле

Семендяевскую церковь уже вряд ли восстановят. Из стен выпадают кирпичи, местами видны значительные дыры. Общий план храма см. в предыдущей поездке, здесь только крупные планы.

31.

32.

Про нынешнюю эпоху рано еще писать, слишком мала дистанция, а вот предыдущую, семидесятилетнюю, неплохо охарактеризовали.

Размышляя о причале,
По волнам плывет «Аврора»,
Чтобы выпалить в начале
Непрерывного террора.

Ой ты участь корабля.
Скажешь: «Пли!», ответят: «Бля!»
………………………………….
Прячась в логово свое,
Волки воют «Ё-мое!»
………………………………….
И младенец в колыбели,
Слыша «баюшки-баю»,
Отвечает: «Мать твою!»

***

Под очередным мостом Олег провалился в речку. Так что теперь мы будем с собой брать не только резиновые сапоги, но и запасные штаны.

33. По-моему, ему нравится :)

Темнело. При проезде через брошенные деревни становилось жутко. Ни одной встречной машины, ни людей, ни собак, ни фонарей. На льду машину бросало из стороны в сторону, один раз едва не съехали с насыпи, откуда бы уже не выбрались. Я даже не мог определить, где мы, потому что на карте названия деревень есть, а так – ни одной таблички. Наконец впереди показались дома, даже горел один фонарь. По дороге медленно шла старуха в телогрейке и платке, с клюкой, ноги колесом. На вопрос, «что это за село?» она печально посмотрела на нас и сказала: «Раменье». Отвернулась и пошла дальше.

Пока совсем не стемнело, проваливаясь в сугробах, добрались до странного деревянного сооружения. Оказалось, это деревенский амбар, у которого полностью сгнили и разрушились стены, а крыша со стропилами просто упала на землю.

34.

Неподалеку в чистом поле стоял такой же амбар, но с еще целыми стенами. Кем-то из местных он используется как тренажерный зал, даже самодельная груша есть.

35.

За Раменьем дорога кончилась, и мы повернули назад, домой.

В Сергиевом Посаде зашли в Макдональдс, Олег купил чай с каким-то гамбургером, я пил воду из стакана. Местный охранник – пожилой дядька – долго присматривался, потом подошел столику и тихо сказал: «Ребят, вы если водку пьете, то хотя бы ее газеткой прикрывайте».

Вопрос напоследок. Что можно делать под эгидой? Вариант: проводить мероприятия под эгидой, например, ООН. А вот в России под эгидой можно отлить. Что мы, пардон, и сделали. :)

36. Бензоколонка «Эгида»

Поездка состоялась в марте 2008 года.

9 комментариев

  1. И это подмосковье, а что в сибири…

  2. Виктория

    Да…печально…..правда, Ваша подача увиденного, вызывает и улыбку, и смех……здорово излагаете!!!!
    С большим удовольствием читаю Ваши статьи. Спасибо.

  3. Прочла, и грустно мне стало. Ведь таких мест в России уйма. Что ж за хреновые местные власти, с одной стороны — разруха, с другой — показуха.

  4. Владимир

    В Сибири трошки получше. Честное слово. Храмы строят

  5. Ооооо!!!! А что в Раменье ферма ещё не развалилась до конца?)))) Там дома два наверно жилых осталось) Миллион лет там не был((( Жалко что так мало фотографий из родной деревушки, где почти все детство прошло(((( Вот бы посмотреть хоть как там сейчас((( На первом фото шаха, на втором ферма ( коровник ) Я застал даже то время когда в коровнике коров доили ,их было два + два телятника, загон и молокоприемник)

    • Эта поездка была в 2008 году. С тех пор там бывать не доводилось. Но уже тогда все выглядело очень грустно…

Оставьте комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *