Ничего не мог поделать, впервые увидев резьбу по дереву в Непале, – сразу вспомнил Задорнова с его этой самой народной резней и Бородинской пилорамой. Но разумеется, в положительном ключе.

При взгляде на изощреннейший орнамент, структура которого продумана и выстругана до мелочей, возникают три вопроса: «кто это делал?», «как такое вообще можно делать из дерева?», «сколько времени уходит на такую работу?». Очевидно, что это сложнейшее искусство. Очевидно, что вдохновителем и заказчиком является религия, хотя » в мир» мастера отдают не меньше своих шедевров – окна старых домов в городах долины Катманду зачастую украшены не хуже храмов.

(Это многих туристов – я не был исключением – часто вводит в заблуждение: глядя на обычный жилой дом, люди думают, что это храм или какая-нибудь религиозная постройка.)

Наконец, по ряду причин очевидно, что расцвет этого искусства прошел, и сейчас уже ремесленники занимаются работами на продажу, а мастеров привлекают в основном для реставрации уже созданного.

Чтобы узнать ответ на первый вопрос, придется уйти в прошлое на несколько столетий. Кстати, в Непале это просто.

1. Зарешеченное окно в обычном доме где-то в центре Катманду. Глубина вложенности рамок зашкаливает

2. Фрагмент окна, тимпан. Мифический зверь Чхепу, поедающий нагов, дополнен здесь некими упитанными барышнями

Если суммировать слышанное и читанное на эту тему, получится следующее. Еще до нашей эры, а точнее до рождения Будды на севере и северо-западе Индии существовали «большие страны» – махаджанапады. Согласно буддийским источникам, всего их было 16. Одна из этих стран называлась Малла. Так же именовалась и народность, здесь проживавшая. Она упоминается и в Махабхарате. Малла в переводе с санскрита означает боец, воин. Говорят, воевали они хорошо, однако после смерти Будды государство Малла потеряло свою независимость и стало частью империи Магадха.

Историки полагают, что впоследствии, вытесненные со своей территории, малла, или часть их, двинулись дальше на север, в предгорья Гималаев. Это произошло уже в V веке нашей эры, когда на полуостров Индостан вторглись белые гунны – эфталиты. От этих товарищей местное население мигрировало кто куда, но часто именно на север, в труднодоступные горы, защищенные не менее труднодоступными джунглями.

Так или иначе, но в 1200-х годах на территории долины Катманду появились новые правители. Личные имена у них были разные, а вот родовое одно – Малла.

3. Входные двери, сочетающие буддистские и индуистские элементы. Примерно 1630-е годы. Сундари Чоук (Sundari Chowk), Патан

Династия Малла правила территорией, которую можно назвать центром нынешнего Непала, с XIII по XVII век. Эти 550 лет правления считают золотым временем долины Катманду.

Как это часто происходило на полуострове Индостан вообще и на территории нынешнего Непала в частности, у Малла буддизм сосуществовал с индуизмом на самом высшем уровне. Предпочтение отдавалась той религии, какая была в фаворе у очередного правителя. Например, король Джаястхити Малла (1382-1395), основатель третьей династии, подчинил своей власти всю долину Катманду. Исповедуя индуизм, король укрепил систему каст и основал традицию, согласно которой король почитался как живое воплощение бога Вишну. Эту традицию отменили маоисты в 2008 году, просто отняв у короля возможность считаться аватарой божества.

4. Фрагмент окна жилого дома. В жаркое или ночное время окна закрываются ставнями с потрясающе красивыми деревянными решетками

Внук Джаястхити Малла – Якша (1428-1482) жил на «оба дома» – он основывал как индуистские, так и буддистские храмы и святилища, чинил и восстанавливал пришедшие в упадок, покровительствовал искусствам. Царство завещал нераздельно трем своим сыновьям.

Однако те после смерти отца перессорились и разделили объединенную равнину на три королевства: Бхадгаон, Лалитпур и Кантипур. Сегодня эти города более известны как Бхактапур, Патан и Катманду. Эта ссора стала причиной того, что указанные города-государства до сих пор считаются одними из наиболее красивых в Непале – 300 лет непрерывного соперничества способствовали развитию искусств – правитель каждого города стремился превзойти правителей двух других. Площади перед королевскими дворцами и улицы застраивались все более пышными храмами, а сами столицы украшались все богаче. Разумеется, строительство велось не только в этих городах-государствах. Как минимум еще несколько городов долины обязательны к посещению, например, Банепа, Панаути…

В долине Катманду можно провести несколько месяцев, а то и лет и ни разу не повториться, рассматривая культурное наследие.

5. Центральная площадь Патана

Эта ссора также стала причиной того, что Притхиви Нараян Шах из области Горкха завоевал всю долину Катманду, и все династии Малла прекратили свое существование, началось правление династии Шахов, которое завершилось все в том же 2008 году. Шахи были завоевателями, строить им тогда особо было некогда, хотя они не разрушали созданное до них.

Большая часть красот долины Катманду создавалась народностью невары – это коренное население долины. Именно среди неваров прекрасные ювелиры, скульпторы, художники, литейщики, зодчие и резчики по дереву. Они даже ходили в правителях – до династии Малла долиной Катманду правили Личчхави. Так называется и народность, и династия. Собственно, Личчхави заложили основу, на которой пышным цветом зацвела культура эпохи Малла. Среди обеих фамилий в династийных списках попадаются неварские имена.

6. Не знаю, кто эти товарищи. Судя по месту, где находятся, это охранители

Невары занимались строительством и искусством при Личчхави, при Малла, а после прихода к власти Шахов в середине 1700-х годов эта народность заняла совершенно уникальное место: они до образования Республики Непал играли большую роль чиновников и торговцев при дворе, заполняя нишу касты браминов. На этом ниже стоит остановиться подробнее, это очень любопытное явление, так как часть неваров – буддисты, которые прекрасно встроились в кастовую систему индуизма.

Но откуда неварские мастера черпали идеи, откуда брались каноны и проч.? Ответ на этот вопрос, как мне кажется, дает российский искусствовед Инна Муриан. Она полагает, что во времена набегов эфталитов, в более спокойные места для жизни уходили и скульпторы, и художники и др. Они привносили в искусство долины Катманду свои наработки.

Кроме того, невары не только занимались торговлей с Тибетом и Китаем, но и строили в этих странах, и работали там скульпторами, перенимая в том числе стилистику. В конце концов, сплав различных культур с местной и дал то, что сегодня можно увидеть в Непале.

7. Деревянный тимпан над входом в храм в Патане

8. В центре на косах из сплетенных змей-нагов узнается их извечный враг – царь птиц Гаруда – транспортное средство бога Вишну. Фрагмент предыдущего фото

***

Однако на практические вопросы искусствоведы ответить не смогут. Стоило обратиться к практикам. Поэтому оказавшись в Патане с Ксюшей, мы взяли подмышку нашего проводника Раджу и закрутились по улицам в поисках мастерской резчиков по дереву. Вскоре таковая была найдена. Как можно было предположить, помещалась она в лавке на первом этаже дома, в котором жило все семейство. Работавшая в мастерской миловидная женщина сказала, что она просто ремесленник, а вот ее муж занимается деревом серьезно. «Сейчас он работает в другой мастерской над срочным заказом», – сказала женщина. Тем не менее, она согласилась поговорить.

9. Женщина-ремесленник. Стоит обратить внимание на ее позу. В работе участвуют и ноги

Общались мы под мерное постукивание – женщина не прерывала работу, поскольку месяц выдался урожайным и заказов много. Увидев перед собой представительницу народности невары, я невольно задумался о том, насколько уникальны эти люди.

Разумеется, историю неваров рассказала не резчица, полагаю, как следует ее она сама и не знает, а кое о чем и говорить бы с иноверцем не стала, наверно. Но вот из прекрасной монографии по народам Непала французского этнографа Марка Габорио можно узнать многое. Удивительно, насколько эта книжица тонкая при колоссальном объеме полезной информации, который она содержит.

Габорио приводит данные переписи 1961 года, согласно которой на языке невари говорили 377 тысяч человек. Две трети из них сосредоточены в долине Катманду и соседних районах, которые являются их исторической родиной. Остальные невары образуют диаспору торговцев, ремесленников и крестьян, рассеянную по всей стране, по торговым центрам и деревням. В Непале нет ни одного района, где бы не жило несколько сот неваров. Далее текст Габорио идет курсивом.

10. Деревянный элемент декора при входи в виде льва-охранителя. Бхактапур

Этнический облик их парадоксален: невары говорят на языке тибето-бирманской группы языков, однако их нельзя рассматривать как племя: вот уже более двух тысячелетий они являются представителями каст, которые развили индуистскую идеологию до такой степени, что ныне у неваров она превосходит по сложности кастовую систему жителей равнины.

По своему антропологическому типу невары в основном монголоиды, однако постоянное, в течение многих веков, смешение с жителями равнин привело к тому, что у них не осталось чистокровных каст, а две касты, стоящие на противоположных концах иерархической лестницы, – брахманы и прачки – пришли из Индии. Кроме того, по религиозной принадлежности невары делятся на индуистов, чья государственная религия постепенно одерживает верх, и буддистов.

Обе эти религии сосуществуют внутри каст среднего и низшего уровней, так что трудно сказать, какого верования придерживается данная семья: многие поочередно прибегают к услугам священнослужителей и той и другой религии. Габорио называет индуистами тех, кто призывает брахманов совершать погребальные церемонии, а буддистами тех, кто призывает для этого буддийских священнослужителей. Лишь на высших уровнях иерархии различие между буддистами и индуистами становится достаточно четким.

11. Торцы брусьев, выходящие из здания наружу, обработаны в виде мифических животных-охранителей. Город Патан

Самое оригинальное в системе неварских каст заключается в том, что у них на высшем уровне есть две буддийские касты. Они претендуют на тот же статус, что и дваждырожденные касты индуистов, но существуют как бы параллельно с ними: совместные трапезы и браки между ними строжайше запрещены. Эти касты появились в результате последовательных делений чисто буддийской общины, последнего оплота индийского буддизма.

Сначала от мирян отделились монахи (вернее, их потомки, которые уже обзавелись семьями, поскольку традиция монастырского безбрачия постепенно угасла в конце средневековья). Оставшиеся миряне – ремесленники – образовали касту низшего ранга. Монахи разделились далее на две группы отчетливо различных рангов – прошедших высшую инициацию и получивших посвящение и прочих – потомков простых монахов.

При наличии 29 каст можно сказать, что неварское общество сильно дифференцировано. Отличительная его черта, которая не встречается больше нигде, ни в Непале, ни в Индии,– это строгое разделение буддистов и индуистов в высших кастах.

12. Окна жилого дома. Ставни, правда, современные. Катманду

13. А вот так окно выглядит, когда ставни открыты

Женщины у неваров счастливее, чем у других индуистов. Почему? Вот…

В Непале девочки из индуистских каст обычно не проходят обряда инициации – его заменяет свадьба. Невары же выработали особый обряд для своих дочерей. Он делится на два акта. Первый – это символическая свадьба, когда (обычно от 4 до 11 лет) девочку сочетают с плодом дерева бел, символом бога Нараяна, одного из воплощений Вишну.

Это грандиозная церемония, ее празднуют всей деревней. Пышно разодетая, в драгоценностях и украшениях, как настоящая невеста, девочка принимает поклонения, словно богиня. Ей посыпают красным порошком пробор на голове, а затем ее торжественно отдают в жены богу Нараяну. Этот ритуал – основа церемонии посвящения. Отныне девочка считается полноправным членом своей касты и должна выполнять все ее предписания. Ритуал имеет большое значение для всей жизни девочки.

С религиозной точки зрения она вступила в настоящий брак с богом, первый и единственно необходимый, потом она может иметь одного или нескольких мужей из рода человеческого: если разведется и вновь выйдет замуж, статус ее не снизится; если же ее муж умрет, ей не придется терпеть презрение, обычное для индуистских вдов, ибо с религиозной точки зрения она всегда остается супругой Нараяна, единственного и вечного мужа.

14. Фрагмент деревянного оклада в кирпичной стене храма. Что-то вроде Пегаса? Бхактапур

Не стоит забывать и про обряд сати. Часто бывало так, что вдова ложилась на погребальный костер вместе с мужем и сгорала заживо. И часто она делала это не по своей воле, например, когда меркантильным родственникам было на руку исчезновение претендента на имущество покойного. Понятное дело, у неваров женщины такого «счастья» были лишены.

***

Нашей собеседнице 40 лет, из них 27 она работает по 12 часов в день. Деревянный бизнес ведет муж – он главный мастер в их артели. Он находит заказы, делает трафареты, по которым она работает, он же сам вырезает наиболее сложные элементы. В семье трое детей, старшему 26 лет, он компьютерный инженер, средняя дочь занята в каком-то бизнесе, но никто из детей не пошел по стопам родителей. Резчица полагает, что скоро это ремесло умрет.

15. Мелкие детали на верстаке женщина придерживает большим пальцем ноги

Деревянные сюжеты в основном базируются на сюжетах священных писаний – индуистских либо буддистских, изображаются боги, демоны, животные, религиозные символы и изощренные орнаменты. Так что простор для настоящего мастера большой – с учетом колоссального объема эпического материала в индуизме и буддизме. В оригинальных деревянных поделках не используется ничего, кроме дерева, – ни гвоздей, ни клея.

16. Процесс работы

По сути ремесло – инструменты и проч. остались такими же, как и столетия назад. Чтобы выучить резчика-мастера высшего класса, требуется около десяти лет. За счет профессионализмов язык невари очень богат, например, каждую деревянную деталь обозначает отдельное слово.

Разумеется, в настоящее время многие мастера перешли на коммерческие рельсы и делают поделки на продажу, в основном за рубеж, а экспорт деревянных изделий – одна из доходных статей Непала.

В этом есть свой минус. В погоне за прибылью мастера идут навстречу пожеланиям покупателей, в результате классическая символика народа невари в дереве постепенно исчезает, начинает превалировать эклектика, когда традиционные мотивы разбавляются символикой других культур Азии. К сожалению, сохранение традиции – дело не очень прибыльное.

17. В лавке куча деревянного ширпотреба, который охотно раскупают туристы

Разумеется, правительство что-то делает, чтоб сохранить наследие, однако все внимание здесь направлено на то, что считается архитектурными памятниками, – за ними по возможности следят, их реставрируют. Но много уникальных узоров и изображений на фасадах частных домов приходит в негодность и исчезает навсегда, так как считается, что за своими домами должны следить хозяева, и поддержка государства на такие частные владения не распространяется.

18. Ветшающий жилой дом в Катманду, за деревянными украшениями которого некому следить

Основная проблема в том, что храмы, узоры и способы обработки древесины различаются от города к городу. И если диаспора мастеров в каком-то городе перестала существовать, восстанавливать утраченные декорации будет некому, либо призовут мастера из другого города, а он секреты «местных фирм» не знает, сможет сделать лишь подражание оригиналу. С храмами в этом плане проще, даже если деталь утеряна (например, сгорела), ее можно восстановить по описаниям с учетом канона – сцены, например, из Махабхараты прекрасно известны.

Среди ширпотреба вижу одно из наиболее часто цитируемых изображений, ставших классикой искусства неваров. Вот оно.

19.

Некий мастер в Бхактапуре, живший несколько сотен лент назад, – имя его история не сохранила – достиг сюжетного совершенства. Экспериментируя с различными видами оконных решеток, он подсмотрел у природы и решил сделать изящную решетку в виде раскрытого хвоста павлина. Это замечательная идея была подхвачена и до сих пор тиражируется ремесленниками. Резчица сказала, что это наиболее продаваемое изображение в ее практике.

20. А вот оригинал. Один из переулков в центре Бхактапура, высота второго этажа

21. Узкий переулок, в который и машина-то не втиснется, позволяет сделать фронтальное фото с расстояния в несколько метров

Среди других товаров в лавке обращает на себя внимание окно размеров примерно в треть от настоящего. Это уже серьезная работа, которая явна затратна и по времени, и по мастерству. Такие окошки делаются разборными, чтобы туристы могли увезти с собой по частям. Одно из них, только существенно меньше размером, висит дома у моих родителей )

22.

23. Фрагмент

На изготовление окна на предыдущем фото ушло три недели. Стоимость 13,5 тысяч рупий (примерно 135 долларов по нынешнему курсу), из которых 3500 – это материал, остальное стоит работа.

На изготовление Будды на фото номер 17 уходит 5-6 дней, ширпотребные вещи выкупают перекупщики, торгующие в наиболее людных местах, поэтому цена там всегда будет выше. Основной материал поделок – сосна. Иногда, если под заказ, сандаловое дерево.

На вопрос, делают ли они настоящие окна для жилых помещений, резчица ответила, что редко, такое могут позволить либо правительственные организации, занимающиеся реставрацией храмов, но туда берутся лучшие мастера, либо состоятельные люди, либо те, кто ценит свое жилище, потому что окно и дверь – это лицо дома. Одно окно в зависимости от сложности орнамента составляющих деталей делается около трех месяцев и стоит примерно 40 тысяч рупий. Если получить заказ на дом с 10 окнами, работа займет полтора-два года.

24. Здесь дереву несколько сотен лет. Окно жилого дома в центре Катманду

25. А это работа современных мастеров на заказ. Окна жилого дома в Бхактапуре

26. То самое окно с павлином в миниатюре. Готовая декорация и полуфабрикат

Резчица, разумеется, знает часть элементов декора наизусть. Сначала на уже обработанной деревяшке они наносятся карандашом, затем проходятся инструментами, однако, на мой взгляд, сложность состоит еще и в том, что рисунок плоский, а рельеф – трехмерный. То есть мастер должен очень хорошо понимать фактуру материала и структуру того, что он хочет сделать, чтобы невзрачные карандашные каракули превратились в красивую вещь.

27. Нанесение рисунка на заготовку с помощью бумажного трафарета. Всего в работе используется около 50 инструментов и бесконечное множество трафаретов

28. Вот так бледно и неинтересно выглядит рисунок

Наша резчица призналась, что для нее самое сложное – сделать Ганеша, божество с головой слона, у которого в лице присутствуют антропоморфные черты. Такое сочетание, плюс то, что она ни разу не видела живого слона (да-да, многие ремесленники в Непале никогда не были за пределами своего района), работу усложняет.

***

Бродя по улицам в городах долины Катманду, жалеешь, что ты не Карлсон. К некоторым окнам подобраться нельзя никак, только изнутри жилища. Про индуистские храмы и речи нет – туда иноверцев не пускают. В этих случаях часто (но не всегда) спасает телеобъектив. Действительно, сколько ни ходи, не охоться на тимпаны и решетки, одинаковых нет, они все отличаются друг от друга, и каждая – неповторима.

29.

30.

31. Птичка в центре утрачена

Найти мастера, занимающегося именно оконными решетками, я в тот раз не смог, еще пару раз потом не везло – мастерские были закрыты. Поэтому у одного из более удачливых товарищей-иностранцев, занимающихся, видимо, реставрацией, я подглядел, как работают непальские мастера. Также среди моих материалов нашлась статья 1974 года о реставрации комплекса Хануман Дхока в Катманду.

32. Структура оконной решетки

33. Готовые фрагменты

34. Мастера высочайшего уровня сидят в заготовке окна. Окно для храмового комплекса Хануман Дхока

35. Само окно по окончании работ

Зато бродя в лабиринтах улочек Бхактапура и заглядывая во дворы, мы с Ксюшей наткнулись на пару ремесленников, делавших на продажу деревянные фигурки-качалки.

36. Нелегкий выбор. Мастер тем временем крепит цветок, оставшийся от пуджи, на шапочку-топи

***

Зарисовка от Муриан: В классических домах XVII – XVIII века окна делали небольшие квадратные (парадные бывали и круглыми). Проемы таких окон закрывали деревянной ажурной решеткой. Как правило, парадным бывает не одно, а сразу три окна (см. фото номер 25). Все три объединены одной деревянной панелью, сплошь покрытой декоративной скульпутрной резьбой. Иногда панель с окнами ставится под некототрым углом к стене дома, так что получается нечто вроде балкона.

Разнообразная резьба на парадных окнах отличает один дом от другого, представляя лицо семьи, ее ранг, достаток, гордость и вкус.

37. Эта решетка находится на высоте метров шести

Традиционные непальские окна не имеют стекол, есть только деревянные ставни, закрывающиеся изнутри. Ставни часто не такие как у нас, а горизонтальные – верхние в две трети окна, а нижние в одну треть. Первые позволяют в солнечный день закрываться от яркого света, а через открытый нижний ставень поступает воздух.

***

Непонятно, почему мастера жалуются, что это искусство приходит в упадок. Во-первых, оно крайне тесно связано с религией, по сути это работа, переходящая в религию. Мастера говорят, что они сейчас почти не востребованы, работа их трудоемкая, но низкооплачиваемая – заказы позволяют совершенствовать мастерство лишь в лучшем случае один месяц в году.

38.

Неужели сложно правительству не только восстанавливать и сохранять уже созданное (что делает ЮНЕСКО и тому подобные организации), но и стимулировать мастеров на создание новых произведений искусства? Кто мешает давать подряды на реставрацию жилищ, окна и двери которых украшены уже состарившимися и рассыпающимися деревянными тимпанами? Кто мешает заложить новый храм и привлечь к этому лучших мастеров и ремесленников?

Раньше ведь даже, когда нужно было реставрировать и объем работ был большим, правительство собирало мастеров со всего Непала, среди них выбрали лучших, и они участвовали в своего рода конкурсе. Победители получали подряды не реставрацию храмов и королевских покоев.

39. Еще решеток, красивых, разных. Фигурка птицы, видимо, от старости отвалилась

Так было, например, после землетрясения 1934 года, магнитуда которого составила 8,3. Кстати, немного в сторону – непальские храмы-пагоды в основном выдержали это землетрясение с минимальными потерями. Реставрация касалась не столько декорации, сколько структуры. Ведь дерево – необходимый и важный элемент пагод. Именно оно вкупе с кирпичом-сырцом дает постройке необходимую эластичность, а непальские мастера и инженеры умеют строить из них структуры по принципу диафрагмы, что позволяет зданию выдерживать серьезные землетрясения, гася их за счет покачиваний и колебаний.

Ни железобетон, ни другие прочные материалы, как правило, подземных толчков перенести не в состоянии. Разумеется, при реконструкции, так или иначе, используются и новые материалы, например, слоистая древесина, которая легче и более устойчива к внешним воздействиям, начиная от сырости, заканчивая все теми же землетрясениями.

40. Вот так выглядела центральная площадь Катманду после землетрясения 1934 год. Архивное фото. Видно, что постройки в большинстве своем выдержали катаклизм

В общем, остается надеяться на то, что ремесла в Непале не придут в упадок и не станут служить лубком на потребу туристам. Мысли про то, как задействовать мастеров, конечно же, не мои, их давно обсуждают. Однако быстро в Непале даже кошки не родятся, Так что пока… «собака лает – ветер носит».

41. Третий этаж, Катманду, Сваямбунатх

Продолжение следует…

Другие записи из этой поездки:
Запись 1: Из Цума в Гум
Запись 2: На «Иисусе» по бездорожью
Запись 3: Человек-жесть
Запись 4: Уроки истории
Запись 5: Разбитое зеркало
Запись 6: Эллиптическая малина
Запись 7: Неожиданный поворот
Запись 8: Женщины и английский
Запись 9: Где ветер, когда он не дует?
Запись 10: Имеющие деревянные двери
Запись 11: В ожидании автобуса
Запись 12: В поисках черной веры
Запись 13: Кости и жилы тибетской живописи
Запись 14: Выколоченный Будда
Запись 15. Эта запись
Запись 16: Спящий бог и несвятые святые

метки: